Сегодня: Среда, 13 Декабрь 2017
Главная arrow Статьи arrow Кошки arrow Кошкин дом на «Острове» Петра Мамонова
Кошкин дом на «Острове» Петра Мамонова Версия для печати Отправить на e-mail

Петр Николаевич Мамонов родился 14 апреля 1951 года в Москве. Поэт, музыкант, актер театра и кино. В совершенстве владеет английским и норвежским языками, его переводы публиковались во многих поэтических антологиях. В прошлом — банщик, лифтер, наборщик в типографии, корректор, работник бойлерной, заведующий отделом писем в журнале «Пионер», рабочий в продуктовом магазине.

В 1983 создал рок-группу «ЗВУКИ МУ». Первый альбом издан английским продюсером Брайаном Ино в Лондоне. Гастроли в Великобритании, США, Европе. В России издано около 20 альбомов. Сыграл в фильмах «Игла» (1988), «Аnna Karamazoff» и «Нога» (1991), «Терра инкогнита» и «Время печали еще не пришло» (1995), «Пыль» (2005). В 1992 году — фильм Павла Лунгина «Такси-Блюз» (стал призером Каннского фестиваля), главная роль. В 1992 году ставит спектакли в московском драматическом театре им. К.С. Станиславского: «Лысый Брюнет», «Полковнику никто не пишет», «Есть ли жизнь на Марсе», «Шоколадный Пушкин», «Мыши + Зелененький». Спектакли принимали участие в международных фестивалях Европы и Америки. Петр Николаевич Мамонов переехал с семьей в деревню Ефаново Московской области.

В 2003 году музыкант попал в больницу. О причинах госпитализации ничего не сообщалось. Но они были понятны. Все надеялись, что Петр Николаевич справится с болезнью и снова сможет работать. Но положение оказалось гораздо серьезнее. Он пережил кому, реанимацию, возвращался к жизни и снова был на грани. 27 ноября 2003 года Петр Мамонов в последний раз сыграл спектакль «Шоколадный Пушкин» — в «Клубе на Брестской» в рамках программы «Русский стиль», представляющей творческие вечера мэтров российского искусства. А уже в марте 2004 года состоялась премьера «Мыши, Мальчик Кай и Снежная Королева. (Балет)» — так называется новый спектакль Петра Мамонова, Творческого объединения «СВОИ» и артгруппы «Слепые».


Меня всегда приятно поражает то, что чем талантливее и гениальнее человек, тем проще он в общении. Он не боится казаться смешным и нелепым, ранимым, сентиментальным и даже грубым и резким. Для него гораздо важнее искренность и истинность, чем обложка, «ярко и густо намазанная».

Петр Николаевич Мамонов — актер, музыкант, певец и поэт. Человек, которого уже давно называют «феноменом российской культуры». В 80-е эксцентричная группа «Звуки Му» под предводительством Мамонова настолько отличалась от отечественной рок-сцены, что ее взялся продюсировать легендарный Брайан Ино. Потом Петр Николаевич проявил себя как блистательный актер, снявшись в нескольких нашумевших фильмах: «Игла» и «Такси-блюз». Дальше последовали фантастические моноспектакли «Есть ли жизнь на Марсе?» и «Шоколадный Пушкин». И вот фильм Павла Лунгина «Остров», где Мамонов сыграл юродивого чудо­творца — монаха Анатолия, просто потряс всю страну. Успех ошеломляющий, грандиозный. Купайся в славе, «снимай сливки», а он, Мамонов, вновь на «остров», только на свой, родной и желанный, где многовековые сосны взмывают вверх да вода в речушке тихонько шумит. Больше десяти лет артист живет за городом, вдали от модных тусовок, ночных клубов, помпезных приемов, суеты, блеска и тщеславия.

Десять лет — лишь начало пути…

С ночи зарядил мелкий дождь. Свинцовые тучи нависли над деревней Ефаново. Небо прохудилось, несмотря на то что на дворе — январь, канун православного праздника Крещения. Временами мелкую морось сменял холодный порывистый ветер. Наш автомобиль остановился у железных ворот, и я, сидя в нем, думала: «Ну, какой, какой он, Петр Мамонов? Да и примет ли, без звонка-то?»

Мгновение — и перед нами открылись ворота. В дверях стоял сам Петр Николаевич и с недоумением смотрел на незванных гостей.

— Здравствуйте, мы журналисты. К Вам приехали, пустите? 
— Мамонов задумчиво смотрел. Нет, он не возмутился и не нахмурился, а спокойно сказал: «Проходите, будем кофе пить». Было что-то в его ответе размеренное и спокойное, но вместе с тем смиренное и всепрощающее. На душе стало радостно и безмятежно.

— Петр Николаевич, в связи с экранизацией фильма «Остров» к Вам по­следнее время — целое паломничество журналистов, и некоторым вы коррект­но отказываете в интервью. А каким должен быть журнал, чтобы Вы им заинтересовались?
— Ну, во-первых, дел много. Говорить некогда. Работой нужно заниматься. А во-вторых, сейчас я даю интервью только православным журналам, и редко — другим изданиям. Не каждая газета, да и не каждый журнал, мне угодит. Сначала я должен по­смотреть, что это за издание: посмотреть обложку, статьи, его содержание. Понять, на что нацелен журнал, в чем его смысл, несет ли он добро, а потом я приму решение — давать интервью или нет. А специально позировать я не буду. Я люблю все по по-честному. У меня, у Петра Мамонова, много насущных вопросов и дел. И это мне важно!

— Петр Николаевич, но Вы уже многого достигли во всех областях…
— Чего я достиг? Я десять лет в Церкви, а для Церкви — это нулевой уровень. Я только начинаю подходить к первой ступени, что-то осознавать, понимать и ощущать. Я только встаю на путь Христианства, а Христианство — это очень глубоко. Пока я не могу возлюбить Бога больше всего на свете, у меня не получается. Знаю правду слова Его, и что все счастье у Него, а делаю все по-своему. Вот позвонил человек, попросил помочь коляску из другой деревни привезти — не хочется ехать, но все бросаешь и едешь. Вот это Христианство! А если говоришь: «Я так занят, давай на следующий день», — это уже не Христианство, а обычная вежливость, а попросту — отговорка, потому что Христианство требует жертв: не своими деньгами, а своими силами и временем. Но главное — это умение нести тяготы другого человека. Даже если он тебе неприятен, ты сделай ему хорошее, переступи через себя. Подними лежащего, не думай, что это пьянь валяется. Может, у него с сердцем плохо. И даже если пьяный, подними, посади на бордюрчик, потому что на первый план выходят отношения между людьми. У всех ошибочное мнение, что Христианство — это хождение в Церковь и молитвы. Нет, Христианство — это бескорыстно помочь другу, лишний раз вымыть полы в квартире или накормить бездомных кошек — «тварей Божьих».

…Здесь в Подмосковье, в деревне Ефаново, на его иждивении находятся тринадцать мяукающих душ, которых он безгранично любит и оберегает. К кошкам у Петра Николаевича особое отношение: « У них другая жизнь, не человеческая, но они понимают исключительно все. Кошки, вообще, очень самостоятельные животные, и, если она не захочет, ты ее в руки ни за что не возьмешь», — говорит Мамонов. Вот и живет счастливая дюжина мурлыкающих питомцев большой и дружной семьей, не без основания считая его и «папой», и хозяином, и другом, и спасителем.

Счастливая дюжина с разными судьбами

Что представляет себе человек, услышав словосочетание «домашняя кошка»? Наверное, что-то мягкое, пушистое, мурлыкающее — живое олицетворение домашнего уюта. Все это так, и к кошкам Петра Мамонова имеет прямое отношение, за исключением того факта, что своих мяукающих красавиц он и его супруга — Ольга Ивановна — нередко называют дикими. А они, устремив на хозяев свой ласкающий взгляд, приятно удивляют их своей сообразительностью и преданностью, каждый раз намекая, что перед ними не лесные «дикарки», а обычные домашние кошки. Хотя у всех обитателей «острова» Мамонова очень разные, сложные и непохожие судьбы.

Первая кошка в доме Мамоновых появилась двенадцать лет назад, хотя и дома-то вначале не было. Приехав в Ефаново и увидев потрясающе красивое место, семья решила остаться, и первый сезон они прожили в двух палатках. Лето выдалось холодное с обильными проливными дождями. Сыновья Петра Николаевича и Ольги Ивановны учились один в шестом классе, а второй — в восьмом. Но все были довольны, и никто ни о чем не жалел.

Ближе к зиме дали Мамоновым конюшенный сруб. Поставили они его с Божьей помощью и стали зимовать. А зима была лютая. Морозы стояли тридцатиградусные. Петр Николаевич среди зимы, как мог, утеплял жилище, а рамы и двери были одинарные, тонкие, и в эту первую зиму все семейство Мамоновых переболело воспалением легких, но из Ефанова в Москву не уехали. В эту первую зиму и появилась в дружной семье Мамоновых первая кошка.

Отправилось как-то все семейство в деревню Устье в ближайший магазин за продуктами. А путь был не близкий — десять километров. Машины своей не было, поехали на рейсовом автобусе, который по деревенским дорогам ходил чуть ли ни один раз в день. Приехали, а в Устье единственный магазин закрыт. Пришлось идти еще пять километров в деревню Волчонок: «Покупаю хлеб, и сидит под прилавком крохотный котеночек, а носик у него сигаретой прожженный, глазки слезятся, красные, и весь он такой несчастный-пренесчастный. Петр его в руки взял и за пазуху», — вспоминает Ольга Мамонова. Назвал Петр Николаевич найденыша Карлушей, но вскоре этот Карлуша так отъелся, что превратился в гигантского Карла. Карлушу все обожали, души в нем не чаяли. И стал Карлуша любимым сокровищем. Настолько любимым, что вместе со всей семьей ездил в Москву на все спектакли в драмтеатр им. Станиславского.

Однажды с Карлушей в театре приключилась целая история. В гримерной, где он всегда коротал время, оставили открытым окно, и кот пропал. Для Мамоновых это была настоящая трагедия. До 2-х часов ночи по окрестным дворам всей семьей бегали, искали, кричали и звали Карлушу. Но поиски любимого зверя успехом не увенчались. От безысходности опускались руки. Нужно было везти детей домой, и Петр Николаевич отправился в Ефаново. Однако Ольга Ивановна все-таки осталась в театре: «Сижу я на подоконнике, на втором этаже театра Станиславского, и время от времени кричу: «Карлуша! Карлуша!» А из окон соседних домов мне уже кричат: «Да когда ты орать-то перестанешь? Ночь на дворе!» А я сижу и плачу. И вдруг слышу во дворе театра истошное мяуканье. Сразу поняла — драка, и через нее наш Карлуша прорывается. Я как сиганула со второго этажа! Помню, что провалилась в какой-то контейнер с помойкой, выбралась, стою в темноте и прислушиваюсь. И вдруг что-то мягкое около ног. Господи, наш Карлуша!» После этого случая у себя дома Карлуша стал настоящим бойцом: ходил на речку Протву рыбу ловить, у него это великолепно получалось, дрался с дикими лисами, которые так и стремились нарушить покой «острова» Мамоновых. Одним словом, помогал Петру Николаевичу, как мог.

Спустя год у Мамоновых появилась вторая кошка. Поехал как-то Петр в город Верею на главпочтамт, звонить в Москву в театр. А приехал с котенком. На почте за трубой нашел мяукающий пушистый комочек. Дрогнуло сердечко, взял он малыша и сунул за пазуху. Оказалась кошечка. Назвал ее Петр Николаевич Нюшечкой.

Шло время. Карлушечка и Нюшечка по­дружились. Бегают, играют, хозяев радуют. А вскоре у Нюши родилось семь котят. Чета Мамоновых призадумалась. Было двое, а стало девять. Что делать? Стали пристраивать и раздавать котят в хорошие руки, по друзьям и знакомым. А вскоре от двоих котят, которые остались у Мамоновых, родилось еще пять штук. Тут Ольга Ивановна сказала: «Петя, это нам не потянуть! Я придумала, что нужно делать». И теперь почти все их питомцы стерилизованные. Однако количество кошек у Мамоновых не стало меньше, потому что кошки к Мамоновым, как шли, так и идут со всех окрестностей, не то по запаху, или по какой-то неизвестной человечеству кошачьей почте, но всех кошек Мамоновы принимают как новых членов своей семьи. Есть люди, которые заводят детей сознательно, а есть те, у которых дети заводятся сами. У Мамоновых второй случай. Они пытаются остановить этот процесс, но все время вмешивается случай. Заканчивается дачный сезон, уезжают дачники, кто в Москву, а кто в Санкт-Петербург, а кошек, которых брали весной котятками, наигравшись, бросают. Вот и идут к Мамоновым все брошенные и обиженные мурлыки. А пока дойдут — горюшка хлебнут. Одна кошечка пришла без ушей и без хвоста, другой кот — с выколотым глазом. И всех Петр Мамонов возил в ветлечебницу, лечил, выхаживал, вместе с женой делал уколы.

Зимой 2000 года заглянули супруги Мамоновы в сарай и видят: сидит на скамеечке настоящая сиамская кошечка. Окрас шерсти ровный, вся маститая, с большими голубыми глазами. Только смотрит жалобно и печально, будто хочет сказать: «Ну все, ребята, я отсюда никуда не уйду. Я несчаст­ная, бедная, полюбите меня». Петр Николаевич не испугался, взял кошку на руки, хотя сиамская — страшно, и в глаза может вцепиться. А она как прильнула к нему, так и замурлыкала. Подумал-подумал Мамонов и сказал: «Нет, такую красавицу нужно в дом нести, а в сарае оставлять нельзя, что-то она очень худая». Принесли кошечку домой. Петр поставил ее на пол, и тут все увидели, что она на трех лапах. Завернули беднягу в теплое одеяльце и скорее повезли в Московскую ветлечебницу. Сделали ей рентген, и выяснилось, что у кошки было сломано ребро и одна лапа. Голубоглазую сиамку Петр Николаевич назвал Клепочкой, что означает — Клеопатра. Клепочку выходили, а позже узнали, что кошку пьяные мужики сбросили с 5-го этажа дома. Она выжила и десять километров на трех лапах шла к Мамоновым на «остров», где есть любовь и забота. Но история с Клепочкой была бы не полной, если бы не один случай.

У Клепочки, как и полагается, в свое время родились котята. «О, что это была за мать! Когда у нее кончилось молоко, она бегала и отовсюду приносила своим деткам мышей», — вспоминает Ольга Мамонова. Петр Николаевич от Клепочкиного потомст­ва не отходил, сидел часами и любовался. А когда пришло время раздавать котят, выбрал черную кошечку и назвал ее Мушечкой. Через некоторое время Мушечка окотилась на радость хозяевам и на радость Клепочке. Потому что Клепочка стала бабушкой. Бабушка своих внуков опекала, как могла, но вот однажды в очередной раз с цепи сорвалась собака. У Мамоновых некоторое время жил приблудный пес, которого они тоже выходили и по-своему любили. Беда случилась ночью. Во дворе — кошачий крик и вопль. Клепочка выскочила из дома, а за ней вся чета Мамоновых. Клепочка на трех лапах бросилась защищать своих внуков. Пес на мгновение остановился, увидев бежавшую на него разъяренную сиамскую кошку. Поняв, что Клепочка будет драться за своих внуков насмерть, собака решила убежать. Но кошка не остановилась. Мгновение — и она бросилась на пса. Закончилось все очень трагично. Израненную любимицу Мамоновы привезли в ветлечебницу. Клепе был сделан рентген и две операции. Оставалось ждать. Сутками Петр Николаевич не отходил от кошки, строго следя за ее самочувствием. Но шло время, а Клепочка продолжала отказываться от воды и пищи, а потом и вовсе заболела воспалением легких. Полтора месяца Мамоновы боролись за жизнь Клеопатры, но она умерла.

Сидя в больнице рядом с Клепой, Петр Николаевич услышал, что кошек вредно кормить дешевыми кормами, потому что у многих отказывают почки. С этого момента Мамонов покупает своим любимицам только высококачественные корма. Но и это не все. Теперь у Петра Мамонова есть свой фирменный рецепт похлебки для кошек. Да такой похлебки, что пальчики оближешь! Он берет двенадцатилитровую кастрюлю и варит на улице рыбный суп на три дня. Покупает рыбу, например путаcсу. Вода закипает, он кидает пшено или гречку, подсаливает по вкусу, и только потом — рыбу. Снимает пену, пробует, что-бы кискам непременно понравилось. Поэтому-то и спешат на запах вкусной похлебки и коты и кошки из всех дачных домиков. Однажды при точном пересчете Петр Николаевич насчитал 32 кошки!

Вскоре он построил для кошек настоящий Кошкин дом! Представьте себе рубленую избушку (в прошлой жизни она была сараем), где есть все: импортные обогреватели, поролоновые домики-теремки, коврики и теплые одеяла, приспособления для питья и еды. Хотя кошки у Петра Мамонова живут, как им вздумается, могут и дома на диване и кровати поваляться, а могут и целый день у себя в домике просидеть и только ночью выйти поохотиться.

А при встрече с нами — разбежались. Поэтому нашему фотографу пришлось потрудиться, что бы сделать их портреты.

Сейчас у Мамоновых на полном обеспечении тринадцать четвероногих душ: Нюша (ей 12 лет) — родоначальница мамоновского рода кошек, Мушечка, Себастьян, Муся, Крошечка, Котенька, Голубчик, Любимчик, Катенька, Хорошенький, Золотенький, Маленький и кот Васька Ревякин, потому что пришел к ним из деревни Ревякино, что в нескольких километрах от дома Петра Николаевича. Кстати, все имена кошкам дает только он сам, на протяжении всех двенадцати лет.

Нюша из этого отряда длиннохвостых как никто другой понимает своего хозяина. Запрется Петр Николаевич у себя в комнате, нехорошо ему, ни с кем не разговаривает, весь в творческих муках. Нюшечка сядет у двери и начинает мяукать, чтобы он ее впустил. А получив разрешение, Нюша войдет и сначала голову под руку подставит: мол, погладь меня. Потом на колени запрыгнет, затем на плечо залезет. И ласкается, как «лисий воротник». Но такими привилегиями пользуется только одна Нюша, хотя всех кошек Мамонов обожает. «Ничто не может так сильно растопить его сердце, как их глаза, ласка и какая-то незащищенность», — сказала Ольга Ивановна.

Быть в служении — честь!

И вот пришло время благодарить хозяев за гостеприимство и ехать в Москву. На прощание я задала последний вопрос, который мне просто не давал покоя:

— Петр Николаевич, благословение на съемки в фильме «Остров» Вы брали? И почему этот фильм вызвал такой отклик в душах людей?
— Да. У своего духовника благословение на эту роль я получил. А откуда к нему такой интерес? Думаю, наша картина отвечает на какие-то очень важные вопросы, которые встают перед современным человеком.

…И в фильме «Остров», и в театре, и здесь, в полутьме избы, где по-хозяйски разгуливают кошки — любимицы Петра Николаевича, это один и тот же человек, без лишней помпезности и наигрыша. Вспоминаю, как однажды в одном из интервью Мамонов сказал о своем творчестве: «Это дар Божий. Это служение, наверное. Слава Богу, что Он дал мне такой дар, благодаря которому я могу большому количеству людей послужить. Надеюсь, что здесь, в моей работе, я честен. Я ведь имею очень маленькое отношение к тем дарам, которые через меня сыплет Бог. Тем ответственнее я должен жить: кому больше дано, с того больше спросится». Вот и живет Петр Мамонов по Божьим заповедям на своем уединенном «острове», собственным примером показывая, что любовь — это не ути-пути с котятками, пока они маленькие и хорошенькие. Это бесконечная забота, терпение и служение в самом главном и высоком смысле этого слова. Служение во всем!

P. S. Автор выражает благодарность актеру П.Н. Мамонову и его супруге О.И. Мамоновой за гостеприимство, предоставленные видеоматериалы из личного архива, а также за содействие в создании очерка.

Александра Мурашева
Фото Николая Редозубова и Оксаны Мартинович                                                                               
ООО “ИПК ПАРУС”, 2005 ©

Only registered users can write comments.
Please login or register.

Comments

След. >
животные: кошки, породы кошек, собаки, породы собак, аквариумные рыбки, аквариум, птицы, волнистые попугайчики, попугай, лошади, рептилии, змеи, амфибии, хорек; фото обои, картинки, фото животных; грызуны, шиншиллы, крысы, хомяки, кролики, морская свинка, членистоногие, имена, клички, ежи, ежик